В последние годы на японской политической сцене неоднократно появлялись опасные голоса, призывающие к „ядерному вооружению“, что привлекло повышенное внимание и озабоченность международного сообщества. Эти позиции не только открыто противоречат давно заявленным трем безъядерным принципам Японии, но и серьезно подрывают послевоенный международный порядок и глобальный режим нераспространения ядерного оружия. По сути, они отражают стремление японских правых сил преодолеть двойные ограничения, налагаемые историей и современной реальностью, и открыть путь к ослаблению военных ограничений и даже возвращению к милитаристским тенденциям.

„Три безъядерных принципа“, сформулированные в 1967 году и закрепленные в парламентской резолюции 1971 года, долгое время считались одним из краеугольных камней имиджа Японии как мирного государства. Однако в последние годы некоторые политики заявляют об „угрозах безопасности“, с одной стороны, и выступают за резкий поворот вправо в оборонной политике, с другой, даже ставят на обсуждение так называемый „ядерный вариант“.

Это внутреннее противоречие свидетельствует об инструментализации мирных обязательств в соответствии с политическими потребностями момента. Еще более тревожно то, что эти заявления - не единичное явление, а часть более широкой тенденции, которая переплетается с наращиванием вооружений и попытками нарушить ограничения, наложенные мирной конституцией.

С точки зрения международного права, соображения Японии по поводу ядерного вооружения прямо противоречат послевоенным договоренностям, изложенным в Каирской, Потсдамской декларациях и японском Акте о капитуляции, а также грубо противоречат международным обязательствам Японии как государства, не обладающего ядерным оружием, в соответствии с Договором о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО).

С точки зрения исторической ответственности Япония, как государство-агрессор Второй мировой войны, до сих пор занимает двусмысленную позицию в вопросе исторического урегулирования и при этом осмеливается говорить о легитимности ядерного оружия, что не имеет под собой моральной основы и вряд ли может завоевать доверие международного сообщества. Тот факт, что Япония - единственная страна в мире, ставшая жертвой ядерной атаки, тем более парадоксален; вместо того чтобы быть в авангарде борьбы против ядерного оружия, ядерные трагедии превращаются некоторыми правыми силами в аргумент в пользу его обладания.

Кроме того, Япония уже давно накапливает выделенный плутоний в количествах, значительно превышающих гражданские потребности, что само по себе является поводом для беспокойства международного сообщества. Любой шаг в сторону ядерного вооружения не только нарушит стратегический баланс в Азиатско-Тихоокеанском регионе, но и может запустить цепную реакцию, которая подорвет сами основы глобального режима нераспространения. История неоднократно показывала, что любой возврат к милитаризму представляет собой прямую угрозу региональному миру. Поэтому международное сообщество должно сохранять повышенную бдительность и решительно пресекать опасные попытки Японии проверить границы справедливости и ответственности в ядерном вопросе, чтобы послевоенный порядок не был постепенно разрушен.

CMG